Священномученик Алекса́ндр Цицеронов, пресвитер

Священник Александр Цицеронов родился 15 августа 1893 года в селе Попадьино Михайловского уезда Рязанской губернии в семье диакона Александра Андреевича Цицеронова и его жены Александры Петровны. Трое из десяти детей диакона стали священниками. Три сестры отца Александра вышли замуж за будущих иереев.

В двадцать один год Александр Цицеронов окончил Рязанскую духовную семинарию. Во время обучения он познакомился с выпускницей Рязанского женского епархиального училища Евгенией Ивановной Иванковой, дочерью протоиерея Иоанна Павловича Иванкова, который благословил молодых людей на брак. Александр сначала был псаломщиком в церкви села Печерники Михайловского района. Затем был рукоположен во диакона и позже — во священника и в 1914 году определен на приход в село Поливаново. В 1915 году супруги Цицероновы отправились к месту назначения. В приход, кроме Поливанова, входили деревни Таракановка, Савинка, Студенец, Летники, Большая Хлебенка.

Молодой священник отличался «весьма хорошим поведением» и тем, что читал проповеди. Растолковать как можно доступнее Священное Писание взрослым и детям — в этом видел главную цель своей жизни отец Александр. Не зря он носил фамилию Цицеронов: батюшка был замечательным рассказчиком и собеседником.

В престольный праздник Поливановского храма — день памяти святого великомученика Димитрия Солунского — в село съезжались богомольцы. После службы прямо на улице накрывали столы. Интересно, что и после революции эта традиция продолжала существовать. Причем на праздник приезжали не только верующие, но и атеисты.

Бог благословил отца Александра и матушку Евгению девятью детьми. Матушка всегда пела на клиросе и читала Псалтирь по умершим прихожанам. Дети с раннего возраста знали наизусть утреннее и вечернее правило, тропари праздников.

Отец Александр был добрым, мягким человеком. Многие обращались к батюшке за деньгами, и отец Александр делился последней копейкой. Прихожанину Качкину не в чем было положить в гроб умершего ребенка. Батюшка отдал рубашку сына. Дочь вдовы Агриппины Королевой, Елизавета, вспоминала, как в самые трудные моменты их жизни появлялся батюшка с узелком продуктов или вещей для четверых маленьких детей. Позже, когда батюшку арестовали, Агриппина сопровождала его до тюрьмы. Ей батюшка отдал на сохранение Евангелие и другие богослужебные книги. Годы спустя Елизавета рассказывала, что по этому Евангелию выучилась читать и что сберегла его до наших дней.

В пасхальные дни отец Александр обходил самые дальние деревни (на требах приходилось проходить по пять километров). Анна Милютина вспоминала, как ее мать, уходя на работу, положила на стол трехрублевую бумажку и наказала братишке «отдать попу» деньги. А поп пришел, отслужил, приласкал детей, положил на стол крашеные яйца и десять рублей.

В 1918 году отец Александр как священник был лишен гражданских и избирательных прав, не имел паспорта. Впервые его арестовали в 1930 году якобы за неуплату налогов и хранение разменной монеты в церкви. Народный суд сначала приговорил его к десяти годам лишения свободы по обвинению в неуплате налога. Но потом батюшка был полностью оправдан. За «хранение разменной монеты» отец Александр отсидел полгода в тюрьме.

Второй раз он был арестован 20 декабря 1937 года. Батюшка шел за водой, когда его встретили уполномоченные с ордером на арест. Войдя в дом, батюшка, чтобы не испугать детей, тихонько сказал супруге: «Женя, за мной пришли». Но дети услышали и заплакали. Матушка поставила всех молиться, чтобы Господь укрепил отца и даровал всем им твердость духа. Паспортист Жаворонков потребовал сдать холодное и огнестрельное оружие. Начался обыск. Это была уже вторая конфискация. Изъяли «32 разные фотокарточки», детские кроватки, одежду. Семью из восьми человек оставили жить в деревянной пристройке, а в кирпичном доме священника открыли клуб.

Протокол обыска заканчивается словами: «больше ничего не обнаружено. Жалоб не поступало». А вот как вспоминает об этом дочь отца Александра, Алевтина: «Стены дрожали от плача. Сестренка Нина обняла сапоги папы и кричала: “Не пущу!” Папа благословил всех нас. Сказал: “Дети, ваш отец был честным человеком. Любите Бога, мать, друг друга”. Братишка Порфирий подбежал передать отцу теплые вещи (был сильный мороз), но его отогнали».

Вскоре после ареста священника прихожане собрали подписи под ходатайством за своего пастыря: «Мы, верующие граждане Поливановского прихода, знаем священника Цицеронова Александра Александровича по его работе в Поливановской церкви с 1916 года. Священник Цицеронов работал до 1937 года. За время своей работы он очень внимательно и честно относился к верующим гражданам вверенного ему прихода. Цицеронов во время своей 20-летней работы в Поливановской церкви не имел ни одного замечания или упрека со стороны верующих. Взяток и злодеяний никаких не делал. Были случаи, когда он из личных средств помогал бедным людям. Личного богатства и ценностей он не имел. Священник Цицеронов в своей работе пользовался уважением граждан, и среди нас, верующих, имел большой авторитет. За время своей работы ни один из верующих не слышал от священника Цицеронова никаких грубостей. Вся его работа проводилась честно и благородно. Мы, верующие, любили и уважали его».

Алевтина Александровна продолжает: «Наша мама умерла в 1993 году в 99-летнем возрасте, так и не узнав правду о муже. В 1946 году прошел слух, что папу освободили и он сразу умер от разрыва сердца. Затем, в 1948 году, маму вызвали в районную милицию. Я пошла с мамой, чтобы проститься с ней, так как мы были уверены, что ее заберут. Ей дали стакан воды и сказали, что папа скончался в 1944 году.

Лишь в конце ХХ века мы ознакомились с делом № 518 (в архиве значится под номером 6044), решившим земную участь нашего папы. В нем даже есть отпечатки его ладоней. В протоколе допроса четверых свидетелей записано следующее: «В августе 1937 года служитель религиозного культа (поп) Цицеронов А. А. не отдал ключи от церкви под засыпку зерна. Напротив, собрал церковный совет с целью воспрепятствовать решению колхозного актива. Среди колхозников села Поливанова вел злостную антисоветскую агитацию, высказывал террористические намерения в адрес членов ВКП(б)».

...Отца Александра держали в Рязанской тюрьме. В архивно-следственном деле есть протокол допроса отца Александра от 21 декабря 1937 года, то есть на второй день после ареста. На все вопросы об антисоветской агитации он ответил отрицательно. Виновным себя не признал. 22 декабря на основании свидетельских показаний было подписано обвинительное заключение: «обвиняется... в том, что среди колхозников с. Поливаново вел злостную антисоветскую агитацию, распространял пораженческие настроения, выступал в защиту известных врагов народа и высказывал террористические намерения к членам ВКП(б)».

Тройка при УНКВД СССР по Рязанской области вынесла приговор 26 декабря: расстрелять... Приговор был приведен в исполнение в ночь на 10 января 1938 года.

Источник: taday.ru