Священномученик Алекса́ндр Петропавловский, пресвитер

Сщмч. Александр Петропавловский (1884-1937) происходил из дворянской семьи. В 1929 году рукоположен в священника, служил в храмах Ярославской области. Неоднократно подвергался гонениям: в 1930 году у семьи конфисковали имущество, что привело к смерти двоих детей. Отказался снять сан, несмотря на уговоры родственников, и отверг предложения о сотрудничестве с НКВД. В октябре 1937 года арестован по обвинению в антисоветской агитации. После трёх недель пыток, не признав вины, был расстрелян 17 ноября 1937 года. Прославлен в 2000 году.

Краткое житие священномученика Александра Петропавловского

Александр Васильевич Петропавловский родился в дворянской семье, его отец служил коллежским секретарем при Ярославском губернском правлении.

Александр рано лишился отца; с детства пел в церковном хоре, что определило выбор жизненного пути. Закончив городское училище, будущий священномученик поступил в Ярославскую духовную семинарию, а по ее окончании служил псаломщиком, затем диаконом в селе Рыбницы Большесольского (ныне Некрасовского) района, в 40 км от Ярославля.

В 1929 г. отец Александр был рукоположен в сан священника, зимой 1930 г. определен к церкви в селе Брейтово, куда и переехала его семья, в которой было четверо детей.

Сотрудники ОГПУ конфисковали практически все имущество семьи, включая одежду и постельные принадлежности, забрали даже одеяло, в которое был запеленут месячный младенец. В доме осталась лишь табуретка и большая наследственная библиотека, спать приходилось на холодном полу, вскоре дети отца Александра заболели пневмонией. Врачи отказались лечить детей священника, и два ребенка, 3 и 6 лет, умерли на Пасху. По воспоминаниям очевидцев, пасхальную заутреню отец Александр служил со слезами на глазах.

В середине 30-х гг. его перевели в церковь Михаила Архангела в село Прозорово, где семья также жила в большой нужде и терпела постоянные притеснения от властей - в Прозорове им пришлось сменить 13 квартир.

Отец Александр был образованным, скромным и милосердным пастырем, готовым отдать последнее имущество нуждающимся. Он не поддался влиянию брата-коммуниста и других родственников, уговаривавших его снять сан ради спасения семьи, говоря им: «Не будет у нас духовенства - некому будет бороться за праведность и чистоту душ человеческих, некому будет учить народ добру и справедливости, и люди погрязнут в грехах, невежестве, потеряют совсем трудолюбие, не станут совсем любить и уважать ближнего, и общественность будет сотрясаться от зла, страха, непримиримости... Это и заставляет меня до конца нести свой крест, не думая о последствиях».

Предчувствуя мученическую кончину, отец Александр подолгу молился по ночам, стоя на коленях перед иконами. Несколько раз его вызывали в село Брейтово в НКВД и предлагали стать осведомителем, но он решительно отказывался. В 1937 г. на священника завели дело, за ним было установлено наблюдение. Работники сельсовета, местный руководитель Союза воинствующих безбожников и один из учителей подписали необходимый для ареста клеветнический донос на отца Александра.

Желая отсрочить арест, священник старался избегать конфликтных ситуаций. Когда у него потребовали ключи от колокольни для снятия колоколов, он отдал их, не оказав никакого противодействия властям. Тем не менее, 26 октября 1937 г. священномученик был арестован и обвинен в антисоветской агитации и противодействии снятию церковных колоколов. Предлогом для ареста послужил разговор отца Александра со счетоводом сельсовета по поводу завышенного налога на храм. До 6 ноября арестованный содержался в КПЗ при Брейтовском отделении УНКВД, затем переведен в Рыбинскую тюрьму.

Несмотря на 3 недели жестоких пыток и побоев, отец Александр отверг обвинение в контрреволюционной пропаганде и никого не оговорил. Мученик расстрелян по приговору от 16 ноября 1937 г. 16 сентября 1959 г. реабилитирован. Прославлен Архиерейским Собором РПЦ (русская Православная церковь) 2000 г.

По материалам Православной Энциклопедии Т. 1. С. 479–480

Полное житие священномученика Александра Петропавловского

Родился 14 марта 1884 года в Ярославле в семье коллежского секретаря при Ярославском губернском правлении, отец был дворянином. В шестилетнем возрасте мальчик лишился отца, и семья оказалась в тяжелом материальном положении. В школе Саша выделялся красивым голосом и хорошим музыкальным слухом. Благодаря этому он был принят в церковный хор, где получал по три рубля в месяц - по тогдашним временам неплохое подспорье для семьи.

По окончании городского училища поступил в Ярославскую духовную семинарию. До 1917 г. служил псаломщиком, позже принял сан диакона, служил в с. Рыбницы Большесольского (ныне Некрасовского) района, в 40 км от Ярославля.

Овдовел, на его руках осталось трое малолетних детей, и по особому разрешению Синода в марте 1917 г. он женился вторично на воспитательнице своих детей А. А. Пичугиной, происходившей из крестьянской семьи, они обвенчались в храме Христа Спасителя.

В 1929 году рукоположен в сан священника.

С 1930 года служил в с. Брейтово Ярославской области. По приезде в село сотрудники ОГПУ сразу отобрали вещи переехавшей семьи, включая одежду, белье и постельные принадлежности. В доме осталась одна табуретка и стопка книг. Спали на холодном полу. У о. Александра было четверо детей. Вскоре дети заболели пневмонией. Врачи отказались лечить детей священника, и два ребенка, 3 и 6 лет, умерли на Пасху. По воспоминаниям очевидцев, пасхальную заутреню о. Александр служил со слезами на глазах.

В середине 1930-х годов о. Александра перевели в с. Прозорово. Семья поселилась в церковной сторожке. Имущества не имели никакого, кроме фамильной библиотеки. Вскоре о. Александра выселили из сторожки, а книги с собой взять не разрешили. На его место поселили стрелка из Волголага, который книгами топил печь, пока не сжег все. За время служения в с. Прозорово семье пришлось сменить 13 квартир. Жили в большой нужде и трудах, за это время в семье родилось еще двое детей. В школе учителя издевались над "поповскими" детьми.

Знавшие о. Александра отзывались о нем как о человеке культурном, добропорядочном, скромном, доброжелательном. В селе батюшку уважали, многие крестьяне обращались к нему за советом и с разными просьбами. Если встречались люди нуждавшиеся больше него, отдавал последнее.

Родной брат о. Александра стал коммунистом. И он, и другие родственники настаивали на том, чтобы священник снял сан и перестал служить, ради сохранения жизни своей и своих детей. Но о. Александр был непреклонен, брату он говорил: "...Не будет у нас духовенства - некому будет бороться за праведность и чистоту душ человеческих, некому будет учить народ добру и справедливости, и люди погрязнут в грехах, невежестве. потеряют совсем трудолюбие, не станут совсем любить и уважать ближнего, и общественность будет спасаться от зла, страха, непримиримости... Это и заставляет меня до конца нести свой крест, не думая о последствиях".

Предчувствуя мученическую кончину, о. Александр подолгу молился по ночам, стоя на коленях перед иконами. Несколько раз его вызывали в с. Брейтово в НКВД и предлагали стать осведомителем, но он решительно отказывался. В 1937 г. на священника завели дело, за ним было установлено наблюдение. Работники сельсовета, местный руководитель Союза воинствующих безбожников и один из учителей подписали необходимый для ареста клеветнический донос на священника. Желая отсрочить арест, о. Александр старался избегать конфликтных ситуаций. Когда у него потребовали ключи от колокольни для снятия колоколов, он отдал их, не оказав никакого противодействия властям.

26 октября 1937 года о. Александр был арестован. Предлогом для ареста послужил разговор священника со счетоводом сельсовета по поводу завышенного налога на храм. О. Александра обвинили в антисоветской агитации, противодействию снятию церковных колоколов, возбуждении недовольства советской властью и колхозами, а также в том, что в проповедях своих он убеждал народ продолжать ходить в церковь.

До 6 ноября содержался в КПЗ при Брейтовском отделении УНКВД, затем переведен в тюрьму в Рыбинске. Несмотря на 3 недели жестоких пыток и побоев, о. Александр отверг обвинение в контрреволюционной пропаганде и никого не оговорил.

16 ноября 1937 года тройкой при УНКВД по Ярославской обл. был приговорен к расстрелу.

Расстрелян 17 ноября 1937 года в Рыбинске.

После ареста семью сразу же выгнали из дома, забрали скудное имущество. На руках матушки осталось четверо детей, старшему было 12 лет, младшему - год. Но односельчане тайно помогали семье священника, чем спасли ее от неминуемой гибели.

16 сентября 1959 года был реабилитирован президиумом Ярославского облсуда (по 1937 году репрессий).

Причислен к лику святых новомучеников и исповедников Российских на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

Использованные материалы

1. БД ПСТГУ "Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви XX века"
2. Православная энциклопедия, т. 1, с. 479-480