Святитель Иоаса́ф, епископ Белгородский

Свт. Иоасаф (Горленко) родился в 1705 году в Малороссии. Окончил Киевскую духовную академию, принял монашество. Прошел путь от иеродиакона до епископа Белгородского (с 1748 года). Много трудов посвятил благоустройству монастырей, укреплению нравственности духовенства и паствы. Строгий аскет и молитвенник, известен даром прозорливости. Скончался в 1754 году. Прославлен в лике святых в 1911 году.

Краткое житие святителя Иоасафа Белгородского

Святитель Иоасаф родился в Прилуках, бывшей Полтавской губернии, 8 сентября 1705 года, на праздник Рождества Пресвятой Богородицы. При Крещении назван Иоакимом. Он происходил из древнего благочестивого малоросийского рода Горленковых. В 1712 году 7-летнего Иоакима отец отдал в Киевскую духовную академию. В стенах академии он ощутил влечение к монашеской жизни. 7 лет испытывал себя будущий святитель и наконец открылся родителям. Долго мать с отцом упрашивали сына-первенца не принимать монашеский постриг. Но в 1725 году он тайно от них принял рясофор с именем Иларион в Киевском Межигорском монастыре, а 21 ноября 1727 года был пострижен в мантию с именем Иоасаф в Киево-Братском монастыре. Это событие совпало с завершением обучения в духовной академии. Через год монах Иоасаф был хиротонисан архиепископом Варлаамом Вонатовичем в сан иеродиакона. Его оставили преподавателем в Киевской духовной академии. После смерти преосвященного Варлаама Киевской кафедрой стал управлять архиепископ Рафаил Забороский. Архиепископ Рафаил обратил внимание на выдающиеся способности молодого подвижника и привлек его для более широкого служения Церкви. Ему было поручено ответственное послушание в должности экзаменатора при Киевской архиепископии. В ноябре 1734 года архиепископ Рафаил посвятил иеродиакона Иоасафа в сан иеромонаха и перевел из училищного Братского монастыря в Киево-Софийский архиерейский дом. Одновременно он был назначен членом Киевской духовной консистории. Исполняя должность экзаменатора, он приложил много усилий к исправлению нравственных недостатков приходского духовенства. Консисторская должность святителя была прекрасной школой для его организаторских способностей. В это время он хорошо изучил нужды священнослужителей, достоинства и недостатки епархии. Здесь ясно определилась всесторонность деловых качеств Иоасафа, сочетающаяся с большими внутренними подвигами. Он быстро восходил по лествице духовного совершенства, о чем свидетельствует сохранившееся его произведение «Брань седми честных добродетелей с седми грехами смертными».

24 июня 1737 года иеромонах Иоасаф был назначен настоятелем Свято-Преображенского Мгарского монастыря с возведением в сан игумена. В своем монастыре все силы игумен полагал на благоустройство обители, в прошлом бывшей оплотом православия в борьбе с унией. В монастыре находились мощи святителя Афанасия, патриарха Константинопольского, Лубинского чудотворца (память 2 мая). Несколько раз патриарх Афанасий являлся игумену Иоасафу, свидетельствуя о своем покровительстве.

В 1744 году митрополит Рафаил возвел игумена Иоасафа в сан архимандрита. В конце того же года он был вызван в Москву и вскоре распоряжением Святейшего Синода назначен наместником Свято-Троицкой Лавры. В обители преподобного Сергия он также самоотверженно исполнял послушания Церкви (в те годы требовалось много сил для восстановления монастыря после пожара).

2 июня 1748 года в Петропавловском соборе Петербурга архимандрит Иоасаф был хиротонисан во епископа Белгородского. Вступив на архиерейскую кафедру, святитель Иоасаф строго следил за благочестием и состоянием храмов, за правильностью совершения богослужения и особенно за нравственностью паствы. Особенно большое внимание святитель уделял образованию духовенства, правильному соблюдению ими устава и церковных традиций. Как и прежде, святитель Иоасаф все силы отдавал архипастырскому служению, не щадя своего здоровья. Своему келейнику Стефану накануне преставления святитель запретил домогаться священного сана и предупредил, что в случае непослушания его постигнет безвременная кончина. Другому келейнику, Василию, святитель указал, что он будет дьяконом, сана священника никогда не достигнет. И это предсказание впоследствии исполнилось.

10 декабря 1754 года святитель преставился. Прославление святителя Иоасафа в лике святых состоялось 4 сентября 1911 года.

Полное житие святителя Иоасафа Белгородского

Святитель Иоасаф родился в небольшом городке Прилуки Полтавской губернии 8 сентября 1705 года в день Рождества Пресвятой Богородицы в именитой дворянской семье Горленко. Нареченный во Святом Крещении именем Иоакима, родителя Пресвятой Богородицы, младенец Иоаким (впоследствии святитель Иоасаф) всегда находился под особым покровительством Пречистой Владычицы. Родители св. Иоасафа были очень богобоязненны и жили по всем правилам Православной Церкви. Отец – Андрей Димитриевич Горленко, был бунчужным, т. е. заведовал бунчуком – войсковым знаменем при гетмане Данииле Павловиче Апостоле, на дочери которого Марии Даниловне он и был женат. Семейство Горленко в то время отличалось особой религиозностью, нищелюбием и благотворительностью. Воспитываясь в такой семье, молодой отрок Иоаким с ранних лет отличался большой религиозной настроенностью. Еще в годы отрочества Иоакима Милосердый Господь возвестил Свою Святую волю о его будущем в чудесном видении, которое было явлено отцу Иоакима Андрею Димитриевичу. Однажды вечером он сидел на крыльце своего дома и вдруг при заходе солнца увидел стоявшую за горизонтом на воздухе Божию Матерь с Ангелом, и у ног Их – сына своего Иоакима, стоящего на коленях и приносящего Божией Матери молитвы. Потом он услышал слова Пресвятой Богородицы: «Довлеет Мне молитва твоя», и в этот момент слетел Ангел Господень и облачил Иоакима в архиерейскую мантию.

На восьмом году жизни Иоаким был отправлен в Киевскую Академию для изучения наук, и в особенности словесных. Благочестивый склад полумонашеской жизни в академии, обилие святынь в г. Киеве – матери городов Русских и особенно знакомство с иноками-подвижниками Киево-Печерскими – все это способствовало тому, что уже на 11-ом году своей жизни Иоаким Горленко возлюбил монашество, на 16-ом году жизни, ко времени окончания школьного образования, в нем утвердилось намерение быть монахом и всецело овладело его волею, а на 18-ом году жизни в Иоакиме окончательно созрела и утвердилась мысль об отречении от мира и принятии иночества.

В скором времени Иоаким оставил академию и удалился в пустынный и отличавшийся строго подвижнической жизнью Киево-Межигорский Спасо-Преображенский монастырь, в котором и предался всецело монастырскому послушанию – подготовительной ступени к принятию монашества. Здесь Иоаким любил уединяться для молитвы в пещеру одной горы. Ревность молодого послушника к молитвенным подвигам, умерщвлению плоти и покорению ее духу доходила в это время до того, что он в продолжении искуса не вкушал даже вареной пищи, довольствуясь самой скудною суровою пищею.

После 2-хгодичного испытания подвижник Иоаким Горленко на 21 году жизни, 27 октября 1725 года принял рясофор и наречен был в иночестве Илларионом. 21 ноября, в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, 1727-го года 22-хлетний Илларион, по отречении от всего мирского, принял великое пострижение в мантию с именем Иоасаф. В следующем году, 6 января 1728 года, инок Иоасаф был посвящен в сан иеродиакона. Спустя год иеродиакон Иоасаф был определен учителем низшего класса Киевской академии. Три года продолжалось его послушание учителем.

В 1732 г. Киевскую академию посетил вновь назначенный архиепископ Рафаил Заборовский. Иеродиакон Иоасаф приветствовал его стихотворной речью. Архипастырь заметил в Иоасафе Горленко высокие духовные дарования, приблизил его к себе и 13 сентября 1734 года назначил экзаменатором при Киевской кафедре, а 8 ноября того же 1734 года, на 30 году жизни, посвятил иеродиакона Иоасафа в сан иеромонаха.

Будущий святитель Иоасаф начинает трудиться на ниве пастырского служения. Сначала в Киево-братском монастыре, а потом в Киево-Софийском кафедральном соборе. Архиепископ Рафаил, видя ревность и трудолюбие молодого пастыря, благословляет его (в 1737 году) на службу в довольно населенный Лубенско-Мгарский Преображенский монастырь игуменом обители. Здесь молодой игумен явил себя трудолюбивым, справедливым, любвеобильным и весьма заботливым управителем Лубенской обителью. В продолжение управления Лубенской обителью, как в предыдущее, так и в последующее время, игумен Иоасаф вел строго подвижническую жизнь. Будущему святителю в то время много пришлось поработать над восстановлением разрушенного хозяйства обители. Для возобновления главного монастырского храма и прочих зданий не было никаких средств, и в 1742 г. игумен отправляется в С.-Петербург за сбором пожертвований на храм Божий. В С.-Петербурге игумен Иоасаф удостоился высочайшего внимания императрицы Елизаветы Петровны. Благочестивая государыня, любившая церковное благолепие и усердно посещавшая храмы и монастыри, милостиво приняла просителя и приказала выдать ему на сооружение храма 2000 рублей. К числу причин, расположивших государныю к пожертвованию на сооружение храма в Лубенской обители, нужно отнести трогательное и очень назидательное слово игумена Иоасафа о любви к Богу. 16 августа 1744 года по прямому указанию императрицы Елизаветы Петровны он был возведен в сан архимандрита и через некоторое время вызван в Москву, где 29 января 1745 года архимандрит Иоасаф был назначен наместником Свято-Троицкой Сергиевой Лавры с оставлением за ним настоятельства в Лубенском монастыре.

За время служения в Лавре архимандрит Иоасаф явил себя весьма ревностным и полезным соработником ее настоятеля, священноархимандрита Лавры и архиепископа Арсения Могилянского. Испытывая телесные болезни, происходящие от чрезмерно строгой аскетической жизни, но не оскудевая духом, архимандрит Иоасаф с отменным усердием совершал здесь укрощение духовного своеволия, углублялся в постоянное служение Богу, восходил от силы в силу в личном подвиге, внутренней духовной борьбе и весьма много трудился на пользу вверенных ему святых обителей.

Но не долгим было служение архимандрита Иоасафа в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре. 15 марта 1748 года состоялось высочайшее повеление о назначении архимандрита и наместника Иоасафа во епископа на Белгородскую епархию. 2 июня того же 1748 года благоговейный архимандрит Иоасаф был посвящен во епископа Белгородского и Обоянского. Рукоположение архимандрита Иоасафа было совершено в Неделю всех святых, в С.-Петербургском Петропавловском соборе, в присутствии императрицы Елизаветы Петровны и высочайшей фамилии.

6 августа 1748 года, в праздник Преображения Господня, новопоставленный святитель Иоасаф прибыл в свой епархиальный город Белгород утром ко времени Божественной литургии. Несмотря на слабое здоровье свое и изнурение далеким путешествием из С.-Петербурга в Белгород, он совершил в этот день Божественную литургию в кафедральном Свято-Троицком соборе.

Так начал свое архипастырское служение великий угодник Божий святитель Иоасаф. Исполненный глубочайшего смирения и любви к Богу и ближнему, он с великой ревностью и усердием принялся за бразды архипастырского служения. С целью поднятия образовательного и религиозно-нравственного состояния приходского духовенства преосвященный Иоасаф с первого года вступления на Белгородскую кафедру, несмотря на слабость здоровья, ежегодно совершал обозрение своей обширной епархии и останавливался не в покойных чертогах богачей, а в бедных хижинах крестьян или незатейливых домиках сельских батюшек. Получая приют в названных жилищах, святитель Иоасаф ночное время посвящал молитве, а утром, по совершении Божественной литургии, наставлял пасомых православно христианской вере и благочестию.

Его можно было видеть то в Белгороде, то в Харькове, то в большом селении, то в захолустной деревушке. Особенно зорко бдительный святитель следил за тем, чтобы пастыри церкви Христовой были преисполнены глубокого благоговения к службам церковным и святыням.

Нередко руководимый таинственным предчувствием святитель Иоасаф вскрывал самые сокровенные помышления ближних. Однажды святитель собрал к себе в свой архиерейский дом священников от всех белгородских и окрестных церквей. Между пастырями был один 130-летний старец-священник, на которого святитель Иоасаф и обратил свое внимание. Долгая жизнь, преклонная старость и согбенность старца возбудили святителя к дальнейшему исследованию его жизни. Любвеобильный и кроткий архипастырь Иоасаф побуждал старца-священника раскрыть пред ним совесть свою, принести покаяние во грехах. Старец-священник рассказал как в бытность священником в селе N в один какой-то праздник совершил раннюю Божественную литургию, опасаясь строгого телесного наказания от своевластного сурового помещика, он отслужил для него и позднюю (вторую) Божественную литургию, несмотря на то, что после проскомидии невидимый голос, неизвестно откуда и от кого происходящий, говорил ему: «Остановись, что ты делаешь? Не дерзай, если же дерзнешь, проклят ты будешь». «Я, – говорил святителю Иоасафу священник, – не рассудил и дерзновенно ответил: «ты будь проклят» и продолжал как следует совершать по чиноположению. Святитель от такого объяснения содрогнулся и сказал: «Что ты сделал? Ты проклял Ангела Божия, хранителя того места, оба вы связаны проклятием и доныне. Вот причина долголетия твоего». Ничего не сказал более тогда святитель, а, оставив иерея на несколько дней у себя, приказал отыскать ему походную церковь. Рано утром преосвященный Иоасаф отправился с походною церковью за Белгород, где находилась ранее упраздненная деревянная церковь. Преосвященный повелел иерею-старцу совершить проскомидию, а по окончании последней начать и Божественную литургию. Во время совершения литургии святитель стоял в алтаре на правой стороне. По окончании литургии святитель подозвал старца-священника и повелел читать «Ныне отпущаеши раба твоего, Владыко...» все до конца. По прочтении этой молитвы архипастырь, благословляя старца-священника, сказал: «Прощаю и разрешаю тебя от всех твоих грехов». Примиренный молитвами святителя с Богом, Ангелом, охранявшим святый престол, и своею совестью, старец-священник в полном облачении стал слабеть и, опустившись перед престолом, на котором только что принес умилостивительную Жертву, предал дух свой Богу.

В 1754 году, когда святитель приехал в село Замостье (ныне город в Харьковской области), в притворе местной церкви он обратил внимание на стоявшую в углу икону Богоматери, около которой были ссыпаны уголь и мусор. Владыка остановился и долго с благоговением смотрел на икону, потом, осенив себя крестным знамением, пал пред образом на колени и воскликнул: «Царица Небесная! Прости небрежность Твоих служителей, не видят бо, что творят». «В образе сем, – сказал владыка сопровождавшему его благочинному, – преизобилует благодать Божия; в нем Пресвятая Владычица являет особое знамение Своего заступничества для этого села и всей страны». Святитель вошел в храм и указал место для образа Пресвятой Богородицы позади левого клироса и велел поставить его вместо находившихся там обветшавших икон. С того времени и началось прославление иконы, именуемой по всему югу России «Песчанской». Сооружение храма для нее на Песках и перенесение ее в новый храм, предвиденное святителем, состоялось только в 1826 году.

Имея безграничное милосердие и не знающую пределов любовь к ближнему, святитель Иоасаф особенно отличался делами милосердия и благотворительности бедным и неимущим. Так, пред великими христианскими праздниками, он имел обыкновение посылать преданного себе келейника в жилища бедности, к лицам, известным ему крайней нищетой с подаянием (денег и одежды). Все дела милосердия св. Иоасаф старался творить так, «чтобы левая рука не знала, что делает правая» (Мф.6:3). Но Господь иногда открывал людям их тайного благодетеля. Однажды келейник по поручению владыки, купив на базаре дрова, приказал извозчику отвезти их во двор бедной семьи, но не говорить, от кого они присланы. Хозяйка дома, вдова с тремя малолетними детьми, хотела было узнать у извозчика, кто прислал дрова, но, подняв глаза вверх, увидела в воздухе «в сиянии» святителя Иоасафа.

Вся жизнь св. Иоасафа его была непрестанным служением Богу, непрестанным хождением пред Ним. Спасительное учение Христа было его родной стихией. Отражением аскетического духа, которым проникнута жизнь святителя Иоасафа, служил и внешний его вид, и все стороны его жизни. Приснопамятный святитель Иоасаф «имел вид постнический, облик несколько строгий, с выражением вдумчивой кротости, седые волосы и седую небольшую бороду». Строгий к другим, святитель был еще строже к себе. В домашней жизни он соблюдал строгую простоту и скромность иноческую. Строгость св. Иоасафа была выражением нравственной чистоты и строго аскетического настроения, проникавшего всю его жизнь.

Обладавший молитвенной настроенностью, которая доходила до пределов созерцания, блаженный архипастырь с обильными слезами совершал бескровное жертвоприношение. При бое часов святитель произносил молитву, которую сам составил и которая стала называться молитвой святителя Иоасафа Белгородского. «Буди благословен день и час, в оньже Господь мой Иисус Христос мене ради родися, распятие претерпе и смертию пострада. О, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, в час смерти моея прими дух раба Твоего, во странствии суща, молитвами пречистыя Матере и всех святых Твоих, яко благословен еси во веки веков. Аминь».

Незадолго до своей кончины св. Иоасаф отправился в Киевскую епархию и в родной город Прилуки для свидания с родителями. Прощаясь со своей белгородской паствой, он сказал, что они уже более не увидят его живым, просил у всех прощения и в свою очередь сам всем простил и благословил.

Свидание св. Иоасафа с родителями было весьма трогательным. Почтенный старец-отец святителя, преисполненный радости по случаю свидания с сыном-архиереем, хотел земным поклоном воздать должную честь сыну и вместе с тем признавал нужным соблюсти прерогативы, которые приличествуют отцу. Для осуществления этой цели отец святителя, встретивший сына своего при выходе его из кареты, нарочно уронил свою трость и, поднимая ее, поклонился до земли проходящему в это время святителю. Заметив такое действие родителя, святитель со слезами наклонился к ногам его и поспешил поднять трость отца. В этом родственном объятии встретились и облобызались почтительность сына к отцу и благоговейное уважение отца к сыну.

Посетив свое родное гнездо, св. Иоасаф в середине сентября 1754 года отправился обратно в Белгород. Но по предсказанию святителя, Белгород ему не суждено было больше увидеть живым. Остановившись в селе Грайворон, где была его архиерейская вотчина, св. Иоасаф тяжело заболел и проведя более двух месяцев на одре болезни, приобщившись Святыми Тайнами: Покаяния, Причащения и Соборования, 10 декабря 1754 года в 5-м часу пополудни, тихо предал дух свой Богу, прожив 49 лет, 3 месяца и 2 дня.

В час блаженной кончины св. Иоасафа игумен Хотмыжского монастыря Исаия во время послеобеденного отдыха видел следующее знаменательное сновидение. Будто он находился у архипастыря Иоасафа в Белгороде, причем святитель, стоя у окна, указывал ему на восток и на ярко восходившее солнце, сиявшее ослепительным светом, и сказал: «Как сие солнце ясно, так светло я предстал в сей час престолу Божию». 15 декабря после заупокойной литургии в домашней церкви грайворонского архиерейского дома тело почившего св. Иоасафа было отправлено в г. Белгород для погребения.

Два с половиной месяца после блаженной кончины св. Иоасафа честное тело его во гробе стояло открыто в Свято-Троицком соборе, не предаваясь тлению и не теряя обычного цвета и вида. В этом нетлении многие из верующих в Триединого Бога видели знамение благодати Божией, почивающей на святителе. Тело почившего архипастыря оставалось непогребенным до конца февраля 1755 года, потому что назначенный Святейшим Синодом для совершения погребения честного тела св. Иоасафа Переяславский и Борисопольский преосвященный Иоанн Козлович был задержан разлитием рек.

Лишь 28 февраля 1755 года в сослужении многочисленного сонма пастырей Церкви Божией гроб с телом архипастыря-подвижника Иоасафа был поставлен в склепе (в юго-западной части Белгородского Свято-Троицкого собора), который был сооружен по повелению почившего святителя.

Спустя 2 года по погребении св. Иоасафа некоторые из духовных чинов кафедрального собора, зная святую жизнь архипастыря, тайно пошли в его усыпальницу и открыли гроб. При этом не только тело святителя было нетленным во всех своих составах, но и к самым одеждам его, покрову и самому гробу не коснулось даже малейшего тления, хотя и чувствовалась достаточная сырость в воздухе при открытии склепа. Слух об этом вскоре распространился повсюду и стал привлекать к гробу святителя многих недужных, которые по совершении панихид о представившемся святителе допускаемы были к нетленным мощам его и по вере своей получали исцеления. Так жил, так трудился на ниве Христовой, подвизался подвигом добрым и почил в Господе Белгородский святитель Иоасаф, великий светоч православной христианской веры.

Иное жизнеописание святителя Иоасафа Белгородского

Святитель Иоасаф, епископ Белгородский родился 8 сентября 1705 года, в праздник Рождества Пресвятой Богородицы, в г. Прилуки Полтавской губернии в семье Андрея Дмитриевича и Марии Даниловны Горленко. В Крещении назван Иоакимом. Однажды его отец увидел на небе Пресвятую Божию Матерь, а у ног Ее склоненного в молитве Иоакима и услышал голос: «Довлеет Ми молитва твоя». В то же мгновение Ангел накрыл ребенка мантией епископа. Отец был потрясен, но забыл увиденное и вспомнил о нем только после кончины сына.

В 1712 году семилетнего Иоакима отдали в Киевскую Духовную Академию. Посещения Киево-Печерской Лавры пробудили в мальчике желание стать иноком. Семь лет будущий святитель испытывал себя и, утвердившись, попросил у родителей благословения на постриг. Отец строго отказал и, чтобы наблюдать за сыном, приставил к нему слугу. В 1725 году тайно от родителей Иоаким принял рясофор с именем Иларион в Киевском Межигорском монастыре. Отец и мать смирились и послали ему свое благословение.

21 ноября 1727 года, после окончания Духовной Академии, инок Иларион принял постриг в мантию с именем Иоасаф в Киево-Братском монастыре. А через год он был хиротонисан архиепископом Киевским Варлаамом (Вонатовичем) в сан иеродиакона и оставлен преподавателем в Киевской Духовной Академии. После смерти Преосвященного Варлаама Киевской кафедрой управлял архиепископ Рафаил (Заборовский). Необычайные способности молодого подвижника привлекли его внимание, и он поручил ему должность экзаменатора при Киевской архиепископии. В ноябре 1734 года иеродиакон Иоасаф был посвящен в сан иеромонаха и переведен из Братского монастыря в Киево-Софийский архиерейский дом. В том же году его назначили членом Киевской духовной консистории. Деятельность святого Иоасафа в консистории явилась для него хорошей школой: он узнал нужды священнослужителей, деловые качества сочетал с подвигом молитвы и поста и быстро восходил по лествице духовного совершенствования. Об этом свидетельствует его творение «Брань седми честных добродетелей с седми грехами смертными», а также слова, с которыми он обратился к своей сестре перед кончиной (у святителя было слабое здоровье): «Сестрица, суровые подвиги в начале не дают мне веку дожить!»

24 июня 1737 года иеромонах Иоасаф был назначен настоятелем Свято-Преображенского Мгарского монастыря в г. Лубны, с возведением в сан игумена. Он отдал все силы для благоустройства обители — в прошлом оплота Православия в борьбе с унией. В одном из храмов монастыря покоились мощи святителя Афанасия, патриарха Константинопольского, Лубенского чудотворца (память 2 мая), который в свидетельство о своем покровительстве несколько раз являлся новому игумену.

В 1744 году митрополит Рафаил возвел игумена Иоасафа в сан архимандрита. В конце того же года святого вызвали в Москву и по распоряжению Святейшего Синода назначили наместником Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.

В обители преподобного Сергия святитель самоотверженно исполнял послушания Церкви (требовалось много сил для восстановления монастыря после пожара).

2 июня 1748 года в Петропавловском соборе Петербурга архимандрит Иоасаф был хиротонисан во епископа Белгородского. На архиерейской кафедре святитель Иоасаф строго следил за соблюдением благочестия, нравственностью паствы, за правильностью совершения Богослужения, и состоянием храмов, ежегодно объезжал епархию. Однажды он увидел во сне, что в притворе какой-то церкви на груде мусора находится икона Пречистой Божией Матери и услышал голос: «Образ Мой предназначен быть источником благодати, а его выбросили в мусор!» Икону Пресвятой Богородицы, именуемую Песчанской, которую святитель нашел в Вознесенской церкви в предместье города Изюма — Замостье, он приказал поставить в храме и долго молился перед ней. Как-то на собрании духовенства святитель заметил очень старого священника (130-ти лет) и из беседы с ним узнал, что причина томительного долголетия — нераскаянный грех: местный помещик опоздал к Литургии и заставил священника совершить ее вторично, что святыми канонами запрещено. После первого же возгласа священник услышал: «Не дерзай, проклят будешь!» В исступлении несчастный сказал: «Сам ты проклят!» — и продолжил Литургию. Святитель ужаснулся и сказал: «Ты проклял Ангела Хранителя святого места, которые всегда находятся в тех местах, где стоят церкви, и это причина твоего долголетия». Святитель взял походную церковь и отправился с покаявшимся священником в поле, на место бывшей церкви, благословил его отслужить Литургию и во время ее совершения усердно молился, преклонив колени. По окончании Литургии священник прочитал после отпуста молитву праведного Симеона Богоприимца. Затем святитель благословил его и сказал: «Прощаю и разрешаю тя от всех твоих грехов». Примиренный с Богом и совестью, старец припал к подножию престола и скончался.

Однажды в комнате одного священника святитель почувствовал неизъяснимый трепет. На полке между цветочными горшками он нашел в бумажке Святые запасные Дары. Коленопреклоненно всю ночь он молился перед святыней, а утром лишил недостойного пастыря сана.

Святитель Иоасаф тщательно скрывал свою внутреннюю жизнь. Он стяжал благодатный молитвенный дар слез и при каждом бое часов читал молитву: «Буди благословен день и час, в оньже Господь наш Иисус Христос мене ради родися, распятие претерпе и смертию пострада». Письма к матери свидетельствуют о нежности сердца архипастыря, перед строгостью которого трепетала вся епархия. Он покупал и сам колол дрова для бедных вдов и сирот. Тайно оказывал денежную помощь: в ночь на Рождество из-за болезни келейника сам разнес ее и, неузнанный, был избит своим привратником, которого простил, одарил, но заставил молчать. Постоянно кормил бедняков, посылал пищу заключенным в тюрьмах.

В июле 1754 года святитель в последний раз посетил родительский дом. Выйдя из экипажа, поклонился отцу в ноги. Узнав, что храм, строившийся родственниками, не завершен, он заставил брата поспешить и достроить придел. Распорядился, чтобы просфоры выпекали только из белой муки. Затем посетил Мгарский монастырь и отправился в обратный путь, но до кафедрального города не доехал. Изнемогая от болезни, святитель Иоасаф остановился в загородном архиерейском имении Грайворон. На смертном ложе он предсказал своему келейнику Василию, что он будет диаконом, а священником не станет. Так и случилось. После соборования, исповеди и причащения Святых Христовых Таин 10 декабря 1754 года святитель Иоасаф скончался. Тело почившего привезли в Белгород, плач и рыдания народа заглушали пение. После епископа осталось только 70 копеек. Хоронили его на средства архиерейского дома. Преосвященный Иоанн Переяславский задержался и прибыл только в феврале, а святитель Иоасаф лежал в открытом гробу до погребения, и тление не коснулось его. Похоронили святителя в Троицком соборе 23 февраля. Через два года его святые мощи были обнаружены нетленными. Прославление святителя Иоасафа в лике святых состоялось 4 сентября 1911 года.