Святитель Иоаса́ф (Скрипицын), митрополит Московский

Свт. Иоасаф (Скрипицын) происходил из дворянского рода, принял постриг в Троице-Сергиевой Лавре, где стал игуменом в 1529 году. Он крестил будущего царя Ивана Грозного и постриг в монашество перед смертью его отца, великого князя Василия III. В 1539 году избран митрополитом Московским, но из-за противодействия бояр Шуйских, творивших беззакония, был сослан в Кирилло-Белозерский монастырь, где продолжал трудиться над исправлением богослужебных книг. Скончался 27 июля 1555 года, мощи его почивают в Троице-Сергиевой Лавре. Прославился как ревнитель православия и исправитель церковных текстов.

Краткое житие святителя Иоасафа, митрополита Московского

Святитель Иоасаф происходил из дворянского рода Скрипицыных, принял пострижение в Сергиевой Лавре и с 1529 года был там игуменом. Близкий к великому князю Василию Иоанновичу – любителю иноков и иночества, он в сане игумена Лавры крестил у раки прп. Сергия сына его и наследника Иоанна, впоследствии царя Иоанна Грозного. Потом, перед самой кончиной великого князя Василия, Иоасаф, согласно давнему желанию самого князя, облек его в иноческий сан с именем Варлаама. Недоставало новому иноку-князю мантии – троицкий келарь Серапион отдал свою. По кончине князя вынесли тело его в церковь для отпевания не бояре, а братия Троицкого и Иосифова монастырей.

Во время малолетства царя, при буйном управлении бояр, митрополит Даниил принужден был сложить с себя сан первосвятительский, и на место его в 1539 году был избран игумен Иоасаф. В своем исповедании веры нареченный митрополит писал: «Во всем следую святейшим патриархам, соблюдающим истинную непорочную веру христианскую, установленную святыми апостолами и переданную богоносными отцами, а не ту, которую принес Исидор с несвященного латинского собора, просиявшего злочестием. К тому же обещаюсь не делать ничего из одного угождения великому князю или многим князьям, хотя бы грозили мне смертию, принуждая сделать что-либо вопреки Божественным и священным правилам». Блаженный Иоасаф выполнил обещание свое с полной твердостью.

В эту эпоху совершенного безначалия и неистовых злодейств, которыми особенно отличились Шуйские, новый первосвятитель, заботясь о прекращении беспорядков, испросил свободу заточенному князю Бельскому, и, действительно, добрый боярин, заняв место в думе правителей государства, умел остановить грабежи и насилия. Но князь Иван Шуйский схватил и отправил Бельского на Белоозеро, где его удушили. Старания святителя положить предел всяким беззакониям, которые делали бояре Шуйские, навлекли на него страшную ненависть последних. Толпы неистовых едва не убили святителя; в келлию его бросали камни; во дворце самого великого князя он не нашел защиты; на Троицком подворье готовы были растерзать его. Именем преподобного Сергия игумен Алексий умолил пощадить жизнь первосвятителя. И после многих обид и насилий святитель Иоасаф был сослан на Белоозеро в Кириллов монастырь, но потом выпросил себе милость провести последние годы на месте иноческого обета. Ему и здесь были неприятности: с ним жили тогда люди, которые сами по себе мало хотели жить в монастыре и которых загнали туда только беды жизни мирской; они часто оскорбляли блаженного Иоасафа припадками своего мирского своеволия. Невольными и вольными скорбями святитель очистил душу свою для светлых радостей неба и мирно почил 27 июля 1555 года.

Мощи святителя Иоасафа почивают под спудом в южном притворе Троицкого собора, в Серапионовой палате. Память празднуется в день преставления.

В уединении блаженный Иоасаф еще потрудился для Церкви, рассматривая присылаемые к нему рассуждения Стоглавого Собора, и усердно занимался исправлением книг для пользы общей. В сборнике его читаем: «Божиею благодатию и Пречистыя Богородицы помощию переписал житие святых преподобных отец. Писал с разных списков, тщася обрести правый. И обретох в списках много неисправно. И елико возможно моему худому разуму, сия исправлял, а яже невозможна, сия оставих, да имущии разум больший нас, тии исправят неисправленная и наполнят недостаточная».

Полное житие святителя Иоасафа, митрополита Московского

Святитель Иоасаф (Скрипицын), митрополит всея Руси. Принадлежал к известному с сер. XV в. роду Скрипицыных, вероятно, детей боярских. Некоторые родовые вотчины Скрипицыных перешли к Троицкому монастырю в качестве вкладов. По всей видимости, будущий митрополит принял постриг в Троицкой обители. Иоасаф отмечен в актах 1526/27 г. как старец, участвовавший в межевании монастырских земель в Переславском и Московском уездах.

В 1529 г. митр. Даниил поставил Иоасафа игуменом Троице-Сергиева монастыря. Очевидно, новый настоятель пользовался особым доверием вел. кн. Василия III Иоанновича. 4 сент. 1530 г. Иоасаф крестил новорожденного наследника – Иоанна IV Васильевича. 3 нояб. 1533 г. на Московском подворье Троицкого монастыря вместе с прп. Даниилом Переславским Иоасаф крестил 2-го сына вел. князя – Юрия. Согласно летописной Повести о болезни и смерти Василия III, 3 дек. 1533 г. смертельно больной вел. князь обратился к приехавшему в столицу Иоасафу с просьбой, не уезжая из Москвы, молиться «о земском строении, и о сыне моем Иване, и о моем согрешении». Иоасаф участвовал в монашеском пострижении вел. кн. Василия III перед его кончиной, совершенном митр. Даниилом. Автор Похвального слова Василию III характеризует Иоасафа как «мужа повсюду добродетелна и в всякой вещи беззазорна».

В февр. 1534 г. был пересмотрен и подтвержден ряд льготных грамот Троице-Сергиеву монастырю (не менее 24). С.М. Каштанов показал, что при выдаче монастырю грамот на земли, входившие ранее в удел Дмитровского кн. Юрия Ивановича, арестованного в 1534, привилегии монастыря были существенно сокращены. В 1536 г. грамотой от имени вел. кн. Иоанна IV было запрещено отягощать излишними работами троицких крестьян в Переславском уезде. В 1537 г. Иоасаф обратился с просьбой к вел. князю о запрете торговли у киржачского в честь Благовещения Пресв. Богородицы жен. монастыря, прошение было удовлетворено. В кон. 1538 г. Троицкому монастырю было возвращено отобранное Василием III право беспошлинной ловли рыбы в Переславском оз. Осенью 1538 г. Иоанн IV посетил Троице-Сергиев монастырь в сопровождении бояр Шуйских.

2 февр. 1539 г. митр. Даниил был сведен с кафедры боярской группировкой во главе с кн. И.В. Шуйским. При избрании нового митрополита были выдвинуты 3 кандидата: Феодосий, игум. Варлаамиева Хутынского монастыря, Иона (Собина), архим. Чудова в честь Чуда Арх. Михаила в Хонех монастыря, и Иоасаф. 5 февр. состоялось избрание первосвятителя по жребию в московском Успенском соборе. 6 февр. Иоасаф как нареченный глава Церкви был введен на митрополичий двор, 9 февр. поставлен митрополитом. Сохранился чин поставления Иоасафа, а также его «Исповедание веры». Возглавивший интронизацию митрополита Новгородский архиеп. св. Макарий дал при этом Иоасафу «повольную» грамоту. На поставлении присутствовали епископы Тверской и Кашинский Акакий, Рязанский и Муромский Иона, Коломенский и Каширский Вассиан (Топорков), Сарский и Подонский Досифей, Вологодский и Пермский Алексий. Иоасаф стал 2-м после митр. Симона (1495–1511) троицким игуменом, возведенным на Московский первосвятительский престол.

Исследователи (А.А. Зимин, И.И. Смирнов) полагали, что новый митрополит был поставлен благодаря князьям Шуйским, распоряжавшимся делами при малолетнем Иоанне IV, как сторонник нестяжательской идеологии. Враждебность Иоасафа по отношению к иосифлянам историки видели в назначении Иоасафом епископами игуменов сев. («заволжских») монастырей, а также в замечаниях Иоасафа о решениях Стоглавого Собора (см. ниже). Дополнительным свидетельством симпатии Иоасафа к нестяжателям может служить то обстоятельство, что при нем улучшилось положение осужденного Соборами 1525 и 1531 гг. прп. Максима Грека. В марте 1539 г. Иоасаф поставил 3 архиереев: на Ростовскую архиепископскую кафедру Досифея, игум. Кириллова Белозерского в честь Успения Пресв. Богородицы монастыря, на Суздальскую кафедру Ферапонта, настоятеля Ферапонтова Белозерского в честь Рождества Пресв. Богородицы монастыря, на Смоленскую кафедру Гурия (Заболоцкого), игум. Мефодиева Пешношского во имя свт. Николая Чудотворца монастыря. До 2 июля 1542 г. с Коломенской кафедры был сведен Вассиан (Топорков). Следует отметить поставление митрополитом в диаконы, затем в священники и назначение настоятелем Симонова Нового московского в честь Успения Пресв. Богородицы монастыря книгописца Исаака Собаки, который при митр. Данииле был осужден вместе с прп. Максимом Греком. Предварительно Иоасаф написал Даниилу, жившему на покое в Иосифовом Волоколамском в честь Успения Пресв. Богородицы монастыре, с просьбой разъяснить, «что Исакова ересь», и получил от него грамоты. По мнению Зимина, все эти мероприятия свидетельствовали о том, что Иоасаф был «откровенным противником иосифлян». Известна единственная грамота Иоасафа Иосифову Волоколамскому монастырю, выданная 12 июня 1539 г. Она не является актом большого значения: грамота подтверждает замену пошлины в митрополичью казну с церкви в принадлежавшем монастырю с. Бужарове Дмитровского у. оброком.

В 1540 г. из Ржева в Москву для поклонения были принесены чудотворные иконы «Одигитрия» (Ржевская Оковецкая икона Божией Матери) и Честного Креста, их встречали Иоасаф с освященным собором, вел. князь и Боярская дума. Перед этим митрополит соборно рассмотрел сведения о чудесах, происшедших от новоявленных икон. На месте сретения чудотворных образов по повелению Иоанна IV был заложен храм, для которого вел. князь приказал написать копии икон. Появление святынь в Москве, возможно, было связано с возвращением по просьбе Иоасафа вел. князем митрополичьему дому отобранной ранее части Ржевской десятины.

В 1540 г. Иоасаф ходатайствовал перед Иоанном IV за кн. И.Ф. Бельского, князь был освобожден и возвращен в Боярскую думу. В 1541 г. по просьбе И.Ф. Бельского Иоасаф «печаловался» о брате последнего кн. С.Ф. Бельском, в 1534 г. бежавшем из страны и с 1537 г. находившемся у крымского хана. Ходатайства митрополита вызвали гнев противника Бельских кн. И.В. Шуйского, который «на митрополита и на бояр учал гнев дръжати и к великому князю не ездити... и промеж бояр велик мятеж бысть». 20 дек. 1540 г. по ходатайству Иоасафа и членов Боярской думы вел. князь освободил из тюрьмы своего двоюродного дядю св. кн. Димитрия Андреевича Угличского. В дек. 1540 г. по печалованию Иоасафа были освобождены из заточения двоюродный брат царя удельный старицкий кн. Владимир Андреевич с матерью кнг. Евфросинией Андреевной. Летом 1541 г., во время нашествия крымского войска на Москву, Иоасаф служил молебны в Успенском соборе. На совете в великокняжеских палатах первосвятитель высказался за то, чтобы государь и его брат Юрий оставались в Москве ради их безопасности. По мнению Иоасафа, малолетние князья не могли собрать войско для защиты столицы, как это делали взрослые государи.

Согласно житию прп. Даниила Переславского, в 1540 г. в Переяславле-Залесском были открыты мощи св. кн. Андрея Смоленского. На это было получено благословение митрополита. Однако позднее Иоасаф обвинил прп. Даниила в самовольстве, это очень огорчило старца, и он предрек, что Иоасаф недолго пребудет на первосвятительском престоле.

В результате дворцового переворота, совершившегося 2 янв. 1542 г., к власти вновь пришел кн. И.В. Шуйский, а кн. И.Ф. Бельский, которого в борьбе боярских группировок при дворе, очевидно, поддерживал Иоасаф, был арестован. Согласно «Летописцу начала царства», представляющему офиц. летописание за 1533–1552 гг., кн. И.Ф. Бельского «государь у себя в приближении держал и в первосоветниках да митрополита Иасафа. И бояре о том вознегодоваша на князя Ивана и на митрополита, а митрополиту Иоасафу начаше безчестие и срамоту чинити великую». Иоасаф оставил митрополичий двор и перешел на Троицкое подворье, куда были посланы дети боярские «с неподобными речьми», едва не убившие предстоятеля Церкви. Вскоре Иоасаф был выслан в Кириллов Белозерский монастырь. Царь Иоанн IV позднее писал: «Да и митрополита Иосафа с великим бесчестьем с митрополии согнаша». Митр. св. Макарий отметил в духовной грамоте, что Иоасаф «остави митрополию Рускую и отойде в Кирилов монастырь, в молчальное житие». В «Повести о большом пожаре», созданной по повелению митр. Макария, говорится, что бояре согнали со стола митрополитов Иоасафа и Даниила, «праведне учащих и обличающих их». В царском архиве хранился «список, как митрополит Асаф сшел с митропольи».

Находясь в Кирилловом Белозерском мон-ре, Иоасаф давал в обитель щедрые вклады: «...обложил по деисусу икону Пречистыя Богородицы, образ окладу 11 рублев, да денег 100 рублев, да 30 золотых больших по 40 алтын, да 10 золотых угорских по 20 алтын, два кубка серебряные, шуба соболья, опашень, 2 камки на ризы, да наряду на ризы денег 12 рублев, 20 ширинок, 10 рублев на келью, две книги Евангельския Беседы в десть, да на Пролог 3 рубля; и всего дачи его денег опричь кубков серебряных, и шубы собольи, и опашня, и камок, и ширинок, и книг на 165 рублев». Имя бывш. митрополита было включено в монастырский синодик. Известны более скромные вклады Иоасафа в Троице-Сергиев монастырь, сделанные вскоре после его низведения с кафедры: «санник сер» (12 февр. 1542), «3 чарки серебряны гладкие, а третьяя с образцы, венцы золочены» (28 марта того же года), Евангелие в бархатном переплете с драгоценными камнями. В 1542 г. Иоасаф дал вкладом «на память своей души» в московский Успенский собор список Иерусалимского устава кон. XV–XVI в.

К сер. 40-х гг. XVI в. Иоасаф вернулся в Троице-Сергиев монастырь. В 1548 г. митр. Макарий обратился к Иоасафу, чтобы получить объяснение реабилитации архим. Чудова монастыря Исаака Собаки после осуждения его на Соборе в 1531 г. В февр. 1549 г. Исаак Собака был вторично осужден Собором.

В 1551 г. в Троицкий монастырь для Иоасафа привезли на отзыв постановления Стоглавого Собора. «Царское и соборное послание к бывшему митрополиту Иасафу и иже с ним» является 99-й гл. соборных материалов. Ответ Иоасафа составляет 100-ю, завершающую главу. То, что замечания Иоасафа были включены в памятник в качестве отдельной главы, не может не свидетельствовать о значительном авторитете бывш. митрополита. Иоасаф дал оценку некоторым постановлениям Собора, оговорил ряд особых случаев, выходящих за рамки соборных решений. Бывш. первосвятитель выступил против частого участия в богослужениях мирян, поскольку необходимо «в миру разсужати чины царьскиа и нужи людскиа». Иоасаф считал необходимым ограничить деятельность десятильников (сборщиков церковных пошлин) городами, без посылки их в волости, десятильники должны быть подотчетны высшему духовенству. Он выступил за суд архиерея над духовенством по всем делам, писал о необходимости общей трапезы в монастырях (при этом старые и больные монахи, а также «люди великие», постригшиеся и давшие большие вклады в монастырь, могут есть и в своих келлиях), гостям монастыря также следует есть за общим столом (при этом Иоасаф сделал исключение для Троице-Сергиева монастыря, так как «туто так быти невместимо – безпрестани гость бываеть и день, и ночь»). Иоасаф считал нужным объединить мелкие пустыни или приписать их к большому монастырю («в монастыри упокоити»). Выступал против «немастерского письма» иконописцев, просил организовать их обучение у «добрых мастеров». Предлагал дать льготы «пустым церквам», освободить крестьян от подати на выкуп пленных, советуя брать ее из казны архиереев и мон-рей. Иоасаф требовал, чтобы царь запретил бродяжничество молодых «робят», которые «свою волю деють, а мир соблажняют», а также «извести» скоморохов. В заключение Иоасаф просил царя добавить в рассказ о Соборе 1503 г. упоминание всех архимандритов, игуменов и старцев, принимавших в нем участие (в присланном ему списке был указан только прп. Иосиф Волоцкий), спросив о том старых бояр. Внесение своих замечаний в текст соборных решений Иоасаф оставляет на усмотрение царя – как ему «Бог положить на сердце».

В 1552 г. Иоасаф встречал в Троицком мон-ре возвращавшегося из победного похода на Казань Иоанна IV. В 1573 г. в послании в Кириллов Белозерский монастырь Иоанн IV нелицеприятно отзывался о жизни бывшего митрополита в Троицком монастыре: «А Асаф что был митрополит, тот с Коровиными да меж собя браняться... Пригоже ли так в Кирилове быти, как Иасаф митрополит у Троицы с крылошаны пировал».

Иоасафа следует отнести к числу выдающихся книжников своего времени. Известно о 43 книгах из библиотеки И., некоторые из них, как предполагается, были переписаны в скриптории митр. Даниила и попали к Иоасафу, когда он взошел на митрополичий престол. Мн. рукописи из библиотеки Иоасафа отличаются красивым письмом, а также внешним оформлением. Помимо книг Свящ. Писания и трудов отцов церкви, среди рукописей Иоасафа следует отметить 2 сборника житий, Киево-Печерский патерик, 2 списка Тактикона Никона Черногорца и его же Пандекты. В РГБ в фонде МДА находится принадлежавший Иоасафу список «Мерила праведного», в Сергиево-Посадском музее-заповеднике хранится принадлежавший Иоасафу лицевой Апостол. Часть рукописей для Иоасафа переписал выдающийся каллиграф и книжный художник Исаак Собака. Евангелие, начатое по благословению Иоасафа, он не успел закончить, так как первосвятитель был сведен с престола. Собиранием книг Иоасаф занимался и в Кирилловой Белозерской обители: в библиотеке бывш. митрополита имеются автографы иноков этого монастыря Нила (Полева) и Гурия (Тушина).

В книжном собрании святителя имелись книги с произведениями его современников, напр., «Круг миротворный», написанный по повелению Иоасафа новгородским свящ. Агафоном в 1540 г. Собственностью Иоасафа был сборник сочинений прп. Максима Грека, автором составленный и правленый. Сборник был создан в кон. 40-х – нач. 50-х гг. XVI в., когда преподобный жил вместе с Иоасафом в Троицком монастыре (оба скончались в обители в 1555). Согласно наиболее раннему Сказанию о прп. Максиме, положение находящегося в заточении преподобного улучшилось, когда Иоасаф возглавил Церковь. По-видимому, только что составленный сборник сочинений был получен Иоасафом в Троицком мон-ре из рук автора. Иоасафу принадлежала рукопись с т. н. Иоасафовской летописью, созданной при митр. Данииле и послужившей одним из источников Никоновской летописи.

Прежде считалось, что Иоасаф написал Житие Новгородского архиеп. Серапиона, ныне эта т. зр. отвергнута. В Архангельском соборе Московского Кремля хранится чудотворная Иоасафовская Смоленская икона Божией Матери, которую ранее связывали с патриархом Иоасафом I (1634–1640). В последнее время установлено, что икона более древняя и она, скорее, может быть связана с Иоасафом.

Иоасаф был погребен в келлии прп. Сергия в Троице-Сергиевом монастыре. В 2006 г. при проведении работ в Серапионовой палатке была обнаружена надгробная плита Иоасафа. В Валаамском синодике имеется запись рода Симеона Скрипицына, которая начинается с «митрополита-схимника Иосафа», что позволяет говорить о принятии бывш. митрополитом схимы перед кончиной. Память Иоасафа отмечена в Лаврском месяцеслове.

Канонизацией Иоасафа следует считать включение его имени в Собор Радонежских святых, празднование которому было установлено в 1981 г. по благословению патриарха Московского и всея Руси Пимена (Извекова). Святитель входит в Собор Московских святых, учрежденный в 2001 г. по благословению патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Шестого марта 2017 года, по благословению патриарха Московского и всея Руси Кирилла, имя святого митрополита Иоасафа также было включено в Собор Московских святителей.

Источник: pravenc.ru

Примечания

Среди свидетелей закладной кабалы, данной ок. 1447–1455 старцу Троице-Сергиева монастыря Геронтию (Лихареву) Васюком Ногой Есиповым, упоминается Казак Скрипицын – АСЭИ. T. 1. С. 448. № 465

Акты Рус. гос-ва: 1505-1526 гг. М., 1975. № 300. С. 299; № 302. С. 300-301

БЛДР. 2000. Т. 10. С. 36

Розов Н. Н. Похвальное слово вел. князю Василию III // АЕ за 1964 г. М., 1965. С. 285

Каштанов С.М. Социально-полит. история России кон. XV – 1-й пол. XVI в. М., 1967

ААЭ. Т. 1. № 182. С. 154

АИ. Т. 1. № 138. С. 200

ААЭ. Т. 1. № 184. С. 158-161

Там же. С. 161-162

Судные списки Максима Грека и Исака Собаки. М., 1971. С. 130-132, 138

Зимин А.А. Крупная феодальная вотчина и соц.-полит. борьба в России, кон. XV–XVI в. М., 1977. С. 293

АФЗХ. Ч. 2. № 56. С. 57

Сказания и повести о святых чудотворных иконах / Предисл.: [архим. Леонид (Кавелин)] // РА. 1881. Кн. 2. С. 10

АФЗХ. Ч. 3. № 58. С. 98

ПСРЛ. Т. 13. С. 132–133, 136–137

Смирнов С. И. Житие прп. Даниила, Переяславского чудотворца. М., 1908. С. 62-67

ПСРЛ. Т. 13. С. 141

Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским / Изд. подгот.: Я.С. Лурье, Ю.Д. Рыков. М., 1993. С. 77

АИ. Т. 1. С. 329. № 172

Гос. архив России XVI ст.: Опыт реконструкции / Подгот. текста и коммент.: А.А. Зимин. М., 1978. Ч. 1. С. 691

Сахаров И.П. Кормовая книга Кирилло-Белозерского монастыря // ЗОРСА. 1851. T. 1. Отд. 3. С. 88

Никольский Н. К. Кирилло-Белозерский монастырь и его устройство 2-й четв. XVII в. СПб., 1897. Т. 1. Вып. 1. С. LXVIII

ВКТСМ. С. 37

ГИМ. Усп. № 23

Бывш. митрополит назван в числе свидетелей во вкладной грамоте 1545/46 г.; см.: Черкасова М. С. Землевладение Троице-Сергиева монастыря в XVI–XVII вв. М., 1996. С. 118

Судные списки Максима Грека и Исака Собаки. М., 1971. С. 131

Послания Ивана Грозного / Подгот. текста: Д.С. Лихачев, Я.С. Лурье; ред.: В.П. Адрианова-Перетц. М.; Л., 1951. С. 175, 178

Арсений, иером. Описание слав. рукописей библиотеки Св.-Троицкой Сергиевой Лавры. М., 1878. Ч. 3. С. 47–49. № 684; С. 203–206. № 783

Там же. С. 106–109. № 713

Там же. Ч. 1. С. 346–350. № 211; С. 351. № 212

Там же. С. 342–345. № 210

Вздорнов Г.Н. Искусство книги в Др. Руси: Рукописная книга Северо-Восточной Руси XII – нач. XV вв. М., 1980. С. 57

Спирина Л.М. Лицевые рукописи XVI в. из собрания Загорского музея-заповедника // Древнерус. и народное искусство: Сообщ. Загорского музея-заповедника. М., 1990. С. 88–89

Серебрякова Е.И. Неизвестный памятник моск. миниатюры XVI в. из собр. Покровского собора // ПКНО, 1991. М., 1997. С. 134–135; Она же. Лицевое Евангелие писца Исаака из собр. ГИМ // Вопросы славяно-рус. палеографии, кодикологии, эпиграфики. М., 1987. С. 47

Дмитриева. 1991. С. 309

РГБ. МДА. Фунд. № 42

Синицына Н.В. Максим Грек в России. М., 1977. С. 161-175

Там же. С. 149–150

Арсений, иером. Описание слав. рукописей. Ч. 1. С. 218

см.: Моисеева Г.Н. Житие Новгородского архиеп. Серапиона // ТОДРЛ. 1965. Т. 21. С. 151

Поселянин Е. Богоматерь. С. 495–490

Список погребенных в Троицкой Сергиевой Лавре от основания оной до 1880 г. М., 1880. С. 9. № 66

Буганов В.И. К изучению Синодика опальных царя Ивана Грозного 1583 г. // Архив РИ. 1993. Вып. 3. С. 150

[Смирнов С.К.] Церк.-ист. месяцеслов Св.-Троицкой Сергиевой Лавры. М., 1850. С. 15