Священномученик Плато́н (Йованович), Банялу́кский, епископ

Этот великий иерарх Православной Церкви Христовой родился в 1874 году в Белграде. Родители будущего епископа, Елена и Илия, были выходцами из Герцеговины, бедного скалистого края, в котором православная вера и патриотизм ставились превыше всего. В Крещении мальчику было дано имя Миливое. Воспитание молодой Миливое получил в доме своих набожных родителей, среднюю школу окончил в городке Вране, гимназию – в городке Ниш, где находился на военной службе его отец. Благочестивые родители решили посвятить своего первенца Богу, и юноша поступил в Белградскую духовную академию. Боголюбивое сердце его желало подвига, и он, еще будучи студентом академии, принял монашество с именем Платон – в честь святого мученика Платона, которого он особо почитал за твердость в вере и мужество.

Монах Платон возрастал духовно под бдительным оком и заботой архиерея Михаила, митрополита Сербского. Успешно окончил Белградскую, а затем, в 1901 году, и Московскую духовные академии. В годы учебы принял диаконский и священнический сан. Молодой и ревностный, с обостренным чувством справедливости и правды, Платон нередко попадал в трудные и неприятные ситуации, но из них ему всегда с помощью Божией удавалось выходить без тяжелых последствий для себя и Церкви, которой он посвятил всю свою жизнь.

Новый митрополит Иннокентий, пришедший на смену Михаилу, принял иеромонаха Платона после возвращения из России с большим пониманием и сразу же доверил ему должность старейшины монастыря Раиновац. Позднее Платон занимал высокие должности в органах церковного и государственного просвещения, особенно он проявил себя в борьбе за права Сербской Православной Церкви на монастырь Высокие Дечаны. Он явил большой талант и в своей просветительской деятельности, ни на минуту не забывая, что он не только преподаватель, но и пастырь молодых душ. Он был любим и учениками, и священноначалием и за довольно короткое время прошел путь от иеромонаха до архимандрита.

В боголюбивой душе архимандрита Платона было очень сильно развито воспитанное еще в семье чувство патриотизма. Особенно ярко оно проявилось в ходе Балканских войн и в течение Первой мировой войны, которые для сербского народа, по сути, были отечественными, оборонительными. Помимо окормления военнослужащих и солдат, архимандрит активно помогал бедным и сиротам, которых в военные времена всегда очень и очень много. Он пользовался огромным уважением и доверием, всегда вовремя и по необходимости распределял поступающую помощь каждой семье и каждому нуждающемуся. Уважение и любовь народа, большой авторитет в церковных кругах вызывали зависть отдельных политиков тогдашней Сербии, и архимандрит Платон вместо признания и благодарности был отстранен от службы и отправлен на пенсию. Он воспринял это как часть своего жизненного креста и, чтобы заработать себе на кусок хлеба и иметь возможность помогать бедным, смиренно выполнял любую работу, даже столярничал.

Некоторое время спустя архимандрит Платон был восстановлен на церковной службе, снова ему были доверены высокие церковные должности, но и в этот раз не обошлось без препятствий и козней со стороны его противников, которые не могли смириться с его успехами. Под сомнение ставилась вся его деятельность, каждое его начинание воспринималось крайне критически.

В октябре 1931 года архимандрита Платона выбрали и хиротонисали в викарного епископа Сербского патриарха. Великий патриарх Варнава рассмотрел и правильно оценил личность епископа Платона. Духом он провидел не только его прошлое, но пророчески предвидел и его славную мученическую кончину. Уже в начале своего служения владыка Платон вступил в тяжелую борьбу с Конкордатом. Он был не только участником «Кровавой литии» в Белграде, но в качестве управляющего монастырской типографией в Сремских Карловцах делал все возможное, чтобы сербская общественность была своевременно и правильно информирована о всей пагубности Конкордата для Сербской церкви и народа.

Викарный епископ Платон в 1938 году был выбран епархиальным архиереем Охридско-Битольской епархии, а в конце 1939 года – епископом Банялукской епархии. Ни в Битоле, ни в Баня Луке не обошлось без искушений и препятствий: противник добра диавол трудился, не зная отдыха. В Баня Луке некоторые политики восстали против назначения владыки в эту епархию. Владыка не придавал большого значения реакции политиков, и когда соборный выбор был подтвержден царским декретом, он без помпы и почестей прибыл в Баня Луку и 1 октября 1940 года занял свою епископскую кафедру.

Непродолжительный архипастырский труд епископа Платона в Бане Луке (с 1 октября 1940 года по 6 мая 1941 года) остался в благодарной памяти его паствы. Первую архиерейскую литургию он служил в соборном храме Святой Троицы в день Параскевы Пятницы Сербской. Народ и духовенство приняли его всем сердцем с первой встречи. С любовью владыка благословлял верующих, с участием и вниманием принимал и выслушивал священников. Верующие сразу поняли, что обрели в его лице духовного отца и пастыря. Политики, противившиеся его прибытию и вносившие в народ смуту, были обезоружены его приветливостью, любовью, благостностью всего его святительского облика.

В Европе начиналась Вторая мировая война, военная трагедия нависла и над Сербией. Владыка отчетливо понимал, какое страшное зло угрожает стране и народу. Он пережил и помнил все ужасы Балканских войн и жестокие испытания Первой мировой войны. Он боялся не за себя, его боль была о народе, раны которого еще не затянулись после пережитых катастроф. Он понимал, что грядущая война будет еще более страшной и беспощадной. Тяжелое душевное состояние ослабило его уже давно пошатнувшееся здоровье, и в начале 1941 года владыка оказался прикованным к постели; несмотря на кратковременные улучшения, он оставался в таком состоянии до своей мученической кончины.

Следствием и порождением немецкой оккупации явилось создание так называемой Независимой Державы Хорватской (НДХ) во главе с Анте Павеличем. Атмосфера страха и тревожного ожидания царила повсюду. Начались гонения, грабежи, убийства, осквернение святынь. Усташи с сатанинской жестокостью вооружились против сербского народа и Православной церкви. Зная, что, поразив пастыря, истребят и стадо, они всю свою ненависть направили на Банялукского архипастыря. Они потребовали, чтобы он оставил паству, епископскую кафедру и епархию. Для владыки не существовало и не могло существовать выбора, ибо он свое архиерейское служение и епископский обет ставил выше собственной жизни, хотя прекрасно понимал, какая опасность ему угрожает. Усташскому палачу Виктору Гутичу он сказал следующее: «Я соответствующими властями канонически и законно поставлен епископом Банялукским, и как епископ я дал обет Богу, Церкви и народу, что всегда буду заботиться о своей пастве, невзирая ни на какие обстоятельства. Я навсегда связал свою жизнь и судьбу с жизнью и судьбой своего духовного стада и останусь с ним, на его духовной страже, как пастырь добрый, полагающий душу свою за овец своих, пока Господь не призовет меня к Себе. Такой обет дал я, принимая сан епископа, принимая управление Банялукской епархией, и останусь верен этому обету и непоколебим в своей верности до тех пор, пока буду в состоянии сознательно и самостоятельно выражать свою волю». Такой ответ был направлен усташскому кардиналу. Усташские палачи были потрясены твердостью и непоколебимостью позиции епископа Платона, но планов своих не изменили. А план был ясен: их ремеслом была смерть. Они бы совершили преступление, даже если бы владыка ответил иначе: разве не убивали они перешедших в католичество сербов? Им необходимо было запугать сербов, дать понять, что все угрозы их главаря об убийствах, окатоличивании и депортировании будут приведены в исполнение. Владыка был далек от иллюзий, он видел и знал злобу и беспощадность врагов, но твердо стоял на своей позиции: епархию не покидать. Болезнь прогрессировала, в своем последнем письме он писал: "Мне необходимо окрепнуть, я сильно измучен и ослаб... Я устремляю свой взор к небесам, к Богу и уповаю на милость Его...".

В ночь на 6 мая 1941 года усташские палачи арестовали тяжелобольного владыку и вместе с протоиереем Душаном (Суботичем) увезли из города. Их зверски замучили на берегу реки Врбани и бросили в ее воды. Изуродованные тела обоих мучеников были вынесены на берег волнами. Владыка тайно и без отпевания был похоронен на военном кладбище Баня Луки. После строительства Соборного храма в Баня Луке его святые мощи были перенесены в храм и захоронены перед иконостасом, после канонизации священномученика они помещены в раку и открыты для поклонения верующих.

Никого из свидетелей мученической кончины владыки Платона не осталось в живых, или они нам неизвестны, но множество людей видели истерзанное, изуродованное тело. Все свидетельства очевидцев совпадают: на лице были видны следы чудовищных пыток – палачи резали нос и уши, рвали бороду; на теле – резаные, разъеденные солью раны, ожоги и следы от трех пуль. Мародеры оставили на теле лишь нижнее белье, кожаный пояс и ботинки.

Только Господь знает всю меру его страданий и жестокости его мучителей. Нам известно одно: священномученик до конца непоколебимо остался верен Богу, Православию и Сербии. Духовно созерцая величие его личности, его страдания, преклоняем колени и всем сердцем молимся: «Священномучениче владыко Платоне, архипастырю Банялукский, моли Бога о нас!»

Примечания

Конкордат – договор Королевства Югославия с Римско-Католической церковью о сотрудничестве. Договор давал право Католической церкви вести прозелитическую деятельность и экспансию против Сербской церкви и государственности.

Кровавая лития – крестный ход по Белграду, организованный священством – противниками Конкордата. Лития двинулась от кафедрального храма по всему городу. Правительство не давало разрешения на проведение акции, и тогда белградская жандармерия (министр внутренних дел того времени был католическим священником) совершила жестокое кровопролитное нападение на владык, священников и мирян, участников литии. Однако милостью Божией Конкордат не был подписан.

Монархия в Сербии официально существовала до 1945 года, когда была отменена скупштиной (думой), и династия Карагеоргиевичей была лишена всех прав и имущества, им даже было запрещено проживание в Югославии.