Священномученик Влади́мир Пиксанов, пресвитер

Новомученик иерей Владимир происходил из рода Пиксановых, несколько поколений которого посвятили свою жизнь служению Богу.

Его прадед, Филипп Архангельский, был дьячком в селе Пиксановка Кузнецкого уезда Саратовской губернии. В 1790 году у него родился сын, нареченный во Святом Крещении Ермилом.

В 1799 году, после приведения границ епархий Российской Православной Церкви к границам губерний Российской Империи, была образована Саратовская епархия, к которой отошли уезды Саратовской и расформированной Пензенской губерний. В Пензе была организована семинария, называвшаяся, в соответствии с названием епархии, Саратовской (в 1803 году епархия и семинария были переименованы в Пензенские). В начале XIX века в этой семинарии обучался и Ермил Филиппович, получивший в семинарии по названию села фамилию Пиксанов, закрепившуюся за его потомками.

В 1818 году Ермил Пиксанов уволился из богословского класса Пензенской Духовной Семинарии. Епископ Пензенский и Саратовский Афанасий (Корчанов; †1825) нашел не окончившего полный курс семинарии воспитанника достойным к посвящению в сан, и по рукоположении назначил его священником в село Черкасское Вольского уезда Саратовской губернии.

В 1853 году он был переведен в село Куриловку того же уезда, в 1860 году по собственному желанию и старости протоиерей Ермил был уволен за штат. Жил он до своей кончины, последовавшей в 1874 году, в селе Спасском того же уезда у своего сына, священника Тимофея Пиксанова.

Замечательна была смерть этого пастыря. Накануне дня своей кончины он попросил свою невестку сшить из приготовленного полотна новое белье. В самый же день смерти послал в ближайшее село за священником, который успел совершить соборование. По окончании таинства отец Ермил приказал угостить батюшку, и пока тот пил чай, уединился в кабинете, читая молитвы. Перед кончиной подошел к нему сын священник, и, видя отца умирающим, заплакал. «Что плачешь? – сказал ему отец Ермил, – читай-ка скорее отходную». Сын стал читать отходную, и не дочитал ее до конца, как отец скончался.

За два года до этого, 10 июля 1872 года, в семье священника Тимофея Пиксанова родился сын, нареченный во Святом Крещении Владимиром, в честь святого равноапостольного великого князя Владимира. Вероятно, мальчик был свидетелем праведной кончины своего деда, и, конечно, слышал о нем рассказы своего отца. Многие особенности характера отца Владимира сформировались под непосредственным влиянием тех черт, свойственных отцу Ермилу, которые тот сумел воспитать в своем сыне.

Придя в возраст, Владимир Тимофеевич принял решение пойти по стопам своих предков. В 1892 году он окончил курс Саратовской Духовной Семинарии и 16 июля того же года получил назначение на псаломщическую вакансию в село Алексеевку Хвалынского уезда Саратовской губернии «с обязательством помогать приходскому священнику в собеседованиях с раскольниками». Одновременно он учительствовал в местной школе грамоты.

Проблема старообрядческого раскола была в селе весьма актуальна. Так, известно, что когда два года спустя проездом в Алексеевке был святой праведный Иоанн Кронштадтский (†1908), он свою проповедь после совершения Божественной Литургии адресовал по преимуществу старообрядцам-беспоповцам, сошедшимся посмотреть на «никонианского попа», о котором они столько слышали. Святой Иоанн увещевал раскольничавших жителей села, пришедших вместе с православными на Богослужение, оставить свое упорство, не бродить как овцы без пастыря, но смело и безбоязненно идти вслед за церковными пастырями, могущими привести их к жизни вечной. И, по свидетельству очевидцев, слово праведника не было бесплодно.

Супруга Владимира Тимофеевича, Анна Петровна, была на пять лет младше своего мужа. Она родилась в 1877 году в священнической семье, окончила курс в Саратовском епархиальном женском училище. К сожалению, точная дата их венчания неизвестна, но билет на женитьбу Владимиру Тимофеевичу (за № 15538) был выписан 27 сентября 1893 года.

Его отец, священник Тимофей Пиксанов, в это время служил в селе Озерки того же уезда. Известно, что еще как минимум один сын отца Тимофея – Алексий, родившийся в 1866 году, также посвятил свою жизнь служению Богу и Церкви. Он был благочинным 2-го округа Хвалынского уезда, служил священником Покровской церкви села Акатная Маза. Еще один сродник Владимира Тимофеевича и его ровесник, священник Евгений Васильевич Пиксанов, был настоятелем Казанского собора города Хвалынска, благочинным хвалынских градских церквей. Он отошел ко Господу в начале 1920-х годов, став свидетелем начала богоборческих гонений на Церковь.

20 августа 1893 года псаломщик Владимир Пиксанов по собственному прошению был назначен на вакантное священническое место в село Новоспасское Хвалынского уезда Саратовской губернии. Резолюция Преосвященного епископа Саратовского и Царицынского Авраамия (Летницкого; †1893) на прошении гласила: «Проситель определяется на священническое место в с. Новоспасское. А священник Софинский переводится, согласно его прежней просьбе в с. Черкасское, с тем, чтобы беседовать, в храме и вне оного, с раскольниками. Богослужение как Беляеву, так и Пиксанову, когда будет посвящен, предписываю совершать истово, без пропусков, неспешно, под опасением строгого взыскания за пропуски. Благочинному предписать иметь за сим бдительное наблюдение и о неисправных священниках доносить мне». 12 октября того же года духовник Крестовой церкви иеромонах Дионисий принял у кандидата на священную степень ставленническую исповедь.

Сохранился его рапорт правящему Архиерею: «По испытанию совести на исповеди псаломщик воспитанник семинарии Владимир Пиксанов к рукоположению его во иерея сомнение не встретилось». 17 октября Владимир Тимофеевич был рукоположен Преосвященным Авраамием во иерея. 20 октября священник Владимир Пиксанов получил на руки ставленную грамоту за № 75 и святительское поучение. Отец Владимир был одним из последних ставленников приснопамятного Владыки – епископ Авраамий отошел ко Господу через неделю после хиротонии будущего новомученика.

24 января 1899 года отец Владимир был награжден набедренником. В октябре 1899 года у отца Владимира и матушки Анны родилась дочь, нареченная во Святом Крещении Зинаидой.

Резолюцией Преосвященнейшего епископа Иоанна (Кратирова; †1909) от 28 ноября 1899 года отец Владимир был переведен на служение в Воскресенский храм волостного села Павловка (в некоторых документах Павловское) Хвалынского уезда Саратовской губернии, где ему было суждено прослужить до самой своей мученической кончины. В своем прошении Преосвященному Иоанну он писал: «В прошении от 3-го ноября сего года я просил Ваше Преосвященство предоставить мне место священника при Крестовоздвиженской церкви города Хвалынска. В настоящее время имеется праздным место священника в селе Павловке, Хвалынского уезда. Мне очень желательно занять это место по следующим причинам: в селе Павловке в настоящее время имеются двухклассное министерское училище и школа грамоты, и в скором времени предполагается открыть второклассную церковно-приходскую школу – следовательно, поступив в Павловку, я всецело мог бы отдаться делу народного образования, что составляет мое искреннее и сердечное желание; затем, село Павловка находится в пяти верстах от места жительства моих престарелых родителей, которые вследствие своих частых болезненных недомоганий, крайне нуждаются в утешении иметь близ себя своего сына. Осмеливаюсь утруждать Вас, Ваше Преосвященство, Всемилостивейший Архипастырь и Отец, покорнейшею просьбою: дайте мне возможность потрудиться пока я молод, пока силы души и тела у меня в избытке; дайте мне возможность утешить своих родителей во время их старости и этим хотя немного отплатить им за их труды и заботы, которые они понесли во время моего воспитания и обучения; покорнейше прошу Вас предоставить мне место священника в селе Павловке, Хвалынского уезда».

Павловка (ныне – рабочий поселок, райцентр Ульяновской области) была довольно крупным и зажиточным селом – на 1912 год в приходе числилось 4111 человек, еще 995 сельчан принадлежали к различным старообрядческим течениям. Многие состоятельные сельчане были записаны в купечество, вели торговлю различными товарами. В 1827 году тщанием князя Николая Алексеевича Оболенского в селе был построен каменный трехпрестольный храм. Основной престол был освящен в честь Воскресения Христова, приделы – в честь Покрова Пресвятой Богородицы и во имя святого великомученика Димитрия Солунского.

Об усердии павловцев к храму Божию сохранилось свидетельство в материалах к историко-географическому словарю А. Н. Минха: «Да вообще Павловка считается первым селом в уезде, но жаль только, что храм Божий у нас тесен и мал. В праздничный день большая половина православных богомольцев не вмещается в церкви, многим приходится стоять вне – в ограде». Видимо, в великие праздники на службы сходилось все четырехтысячное православное население села, раз трехпрестольный каменный храм мог вместить лишь часть богомольцев.

С 8 января 1900 года отец Владимир является законоучителем Павловского двухклассного Министерства Народного Просвещения училища. С открытием в Павловке двухклассной церковной школы он преподавал Закон Божий и в ней. В настоящее время в здании школы расположен молитвенный дом. К апрелю 1913 года отец Владимир состоял также в должности председателя Хвалынского Уездного отделения Саратовского Епархиального Училищного Совета.

Ученики церковно-приходской школы, участвовавшие в церковном хоре, вспоминали о батюшке как о добром человеке, наставнике и учителе. Дети часто видели, что их родители в трудную минуту шли к батюшке за советом или словом участия.

30 мая 1900 года благочиннический съезд 3-го округа Хвалынского уезда избирает священника Владимира Пиксанова помощником благочинного. 4 февраля 1903 года «за ревностное служение на пользу Церкви Божией, при честном поведении» он был награжден бархатной фиолетовой скуфьей «для употребления оной при священнослужении». 12 марта 1904 года, по распоряжению епископа Саратовского и Царицынского святого Гермогена (Долганёва; †1918) отец Владимир был назначен настоятелем Крестовоздвиженской церкви города Хвалынска, однако после своего прошения оставлен на прежнем месте (Резолюция Преосвященнейшего Гермогена от 18-го марта того же года).

Благочинный, священник Александр Никольский, отзывался о своем заместителе так: «По должности исправен и благонадежен… Поведения отлично хорошего… Судим и штрафован не был, под судом и следствием не состоял и не состоит». В клировой ведомости есть запись о том, что отец Владимир «недвижимого имущества не имеет».

По заповеди Господней (Мф.28:19-20), отец Владимир неустанно проповедовал. Согласно клировой ведомости Воскресенской церкви, за один 1907 год он произнес 119 поучений. По воспоминаниям старожилов Павловки, в большие православные праздники, после службы, особенно на Пасху, сельчане собирались целыми улицами в определенном месте, и батюшка непременно находился среди них. Разговоры, конечно, велись самые незатейливые: о повседневных заботах, о хлебе насущном. Авторитет отца Владимира среди сельчан был непререкаем. К нему обращались, как к человеку образованному, рассудительному.

Сохранились воспоминания и о службе в храме. Посещение церкви в те годы было для сельчан праздником. Прихожане шли в храм обязательно в чистой одежде, молились с благоговением. Церковный хор славился далеко за пределами Павловки, а к самим участникам богослужебных песнопений относились уважительно.

Октябрьский переворот 1917 года принес с собой не только смену власти в стране, но явился началом массированного натиска богоборцев на Церковь Христову. Кровь мучеников окропила многие города и веси России. В статье в «Саратовских Епархиальных Ведомостях», посвященной положению сельского духовенства епархии в начале 1918 года, отмечалось, что отнятие у духовенства земли и жилищ, грабежи, привлечение священников к «суду сельского трибунала» по обвинению в контрреволюционности стали характерными для первых месяцев 1918 года. Это были «явления не единичного, а общего порядка, случающиеся одновременно в разных селах и уездах епархии».

В марте-апреле 1918 года волна большевицкого разгула докатилась и до самого северного из саратовских уездов. Настоятель Воскресенского храма Павловки стал, вероятно, первомучеником из числа клириков Саратовской епархии, пострадавших от богоборцев.

По свидетельству очевидцев, убийство отца Владимира произошло так. Несколькими днями ранее в Павловку прибыли несколько красногвардейцев, которые были обезоружены местными жителями. Это дало властям повод думать, что в селе организована так называемая белая гвардия. А так как в селе был священник, любимый и уважаемый приходом, то «естественно» явилось предположение, что и этот священник – отец Владимир Пиксанов – состоит, если не во главе, то в числе белой гвардии. Для наказания жителей села за обезоруживание красногвардейцев в Павловку был послан отряд Красной Гвардии численность около 650-ти человек, увеличенный потом подкреплением до восьмисот человек, – и начались репрессии. Вечером 2 апреля (20 марта по старому стилю) в дом отца Владимира явилось несколько красногвардейцев, которых отец Владимир напоил и накормил. Видимо, обычаи «отличавшегося самым широким хлебосольством» отца Ермила крепко соблюдались в семье Пиксановых, хотя священник не мог не понимать, что добра для себя от карателей он вряд ли дождётся. Поужинав, они объявили священнику, что арестовывают его, и отправили в сопровождении вооруженных людей в 10 часов вечера в здание Волостного Правления.

Что произошло далее – в подробностях неизвестно; известно только то, что отец Владимир часа в три ночи приведен был домой страшно избитый плетями. Дома страдалец пробыл до утра. Утром к нему явились опять красногвардейцы и повели в Волостное Правление. Поскольку, по воспоминаниям жителей Павловки, красногвардейцы увели батюшку, не позволив ему даже снять епитрахиль, можно предположить, что последнее утро в своей земной жизни новомученик провел в молитве. Шли так: по бокам священника по одному красногвардейцу, и один сзади. По дороге к месту расстрела мучители глумились над батюшкой. Отец Владимир со смирением переносил издевательства. Народ толпой следовал за карателями. Многие из женщин плакали. Прихожане возмущенно кричали, что «деется неположенное». Но это еще больше распаляло «новых хозяев жизни». И все же было заметно, что конвоиры торопятся. Видно, боялись народного гнева.

Когда дошли до приходского храма, где-то на селе послышался выстрел. Предполагая, вероятно, что начинается сражение, и не желая далее обременять себя отцом Владимиром, – сопровождавшие его здесь же на площади возле храма расстреляли новомученика. Священник успел обернуться лицом к своим убийцам и, осенив себя крестным знамением, произнес: «Господи! Прими мою душу». И епитрахиль обагрилась кровью…

С тела убиенного иерея красногвардейцы сняли сапоги и галоши. Некая сердобольная женщина подложила под голову отца Владимира его же шапку, а другая – сложила как полагается ему руки. Прихожане и родные хотели убрать тело убиенного священника, но сделать этого им не позволили. После усиленных просьб красногвардейцы бросили его тело в сани и довезли к его дому, где бросили в каретнике. Там тело пролежало две ночи. Потом его похоронили, совершив отпевание в доме, так как отпевание в храме разрешено не было. Погребли отца Владимира в церковной ограде.

По рассказам очевидцев, вечером, после расстрела батюшки, в селе было непривычно тихо. Во многих семьях плакали по убиенному и молились.

На запрос Епархиального Совета Саратовскому Исполнительному Комитету о факте убийства священника и просьбу оградить личность, состояние и свободу православных священников, от властей Хвалынского уезда поступил ответ, что священник Владимир Пиксанов убит случайно во время перестрелки.

По поручению Епархиального Совета запрос о судьбе новомученика делал секретарь Совета, протоиерей Алексий Хитров. Несколько месяцев спустя он сам испытает на себе все «прелести» большевицкого судопроизводства – в сентябре 1918 года он будет привлечен в качестве обвиняемого к суду по делу новомученика епископа Вольского Германа (Косолапова; †1919).

Воскресенскому храму Павловки было суждено еще полтора десятилетия служить домом молитвы для сельчан. «Батюшку Пиксанова» долго помнили не только коренные жители Павловки, но даже и те, кто переехал в село после 1918 года. К сожалению, имена священников, служивших в селе после мученической кончины о. Владимира, установить пока не удалось. В начале 1930-х годов храм был закрыт, в нем обустроен склад, а в соседних зданиях были размещены райком и райисполком. После закрытия храма православные павловцы собирались на молитву в частном доме, хозяйку которого, по имеющимся сведениям, преследовали за это власти.

При закрытии храма с него были сброшены колокола. По свидетельству Р. В. Балджи, девочкой ставшей очевидцем этого события, «собралось все село, нас с сестрой за ручку, по-моему моя тетя, привела туда. Я хорошо помню, как люди стояли на коленях и молились. С грохотом упал колокол и народ заплакал». Вероятно, в это же время были снесены могильные памятники и кресты, стоявшие на могилах в церковной ограде. Именно там был погребен священномученик Владимир.

Предположительно в 1936 году храм был снесен, а на его месте выстроен сельский клуб. Храм располагался над большим оврагом, делившем все село на две половины, поэтому при строительстве клуба одновременно было принято решение о реконструкции моста, перекинутого через овраг. С этой целью был срыт бугор, на котором стоял храм, и при этом были вскрыты захоронения, располагавшиеся в храмовой ограде. По одним сведениям, кости были тайно вывезены из села, по другим – попросту свалены в овраг. В любом случае, мученические останки павловского настоятеля были преданы на поругание вместе с останками тех православных, кто был погребен возле своего родного храма.

Имя иерея Владимира Пиксанова включено в Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской с совершением его памяти в день кончины 2 апреля (20 марта) постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви от 15 июля 2016 года.

Источник: Сайт Саратовской и Вольской Епархии

Примечания

Так согласно официальному извещению в «Саратовских епархиальных ведомостях». В послужном списке указана дата 25 ноября.

Александр Николаевич Минх (1833 – 1912) – саратовский краевед, один из учредителей Саратовской губернской ученой архивной комиссии (СУАК), заложившей основы областного краеведческого музея, член Императорского Московского Археологического общества, член Императорского Русского Географического общества, действительный член Саратовского губернского статистического комитета, член Нижегородской, Тамбовской, Владимирской и других архивных комиссий. В 1898 – 1902 годах в Саратове вышли первые четыре выпуска его «Словаря», остальные материалы остались неопубликованными.